|
|
|
|
Просто невозможный.
Габриел ничего не ответил и показал на лестницу, туда, где стояла его жена.
Теперь, когда входная дверь была закрыта, голос и рояль стали слышней.
Габриел поднял руку, призывая к молчанию.
Песня была на старинный ирландский лад, и певец, должно быть, не был уверен ни в словах, ни в своем голосе.
Этот голос, далекий и осипший, неуверенно выводил мелодию, которая лишь усиливала грусть слов: Ах, дождь мне мочит волосы, И роса мне мочит лицо, Дитя мое уже холодное... -- Боже мой, -- воскликнула Мэри Джейн, -- это же поет Бартелл д'Арси.
А он ни за что не хотел петь сегодня.
Ну, теперь я его заставлю спеть перед уходом.
Заставь, заставь, Мэри Джейн, -- сказала тетя Кэт.
Мэри Джейн пробежала мимо остальных, направляясь к лестнице, но раньше, чем она успела подняться по ступенькам, пение прекратилось и хлопнула крышка рояля.
Какая досада! -- воскликнула она.
Он идет вниз, Грета? Габриел услышал, как его жена ответила "да", и увидел, что она начала спускаться по лестнице.
|
|
|
